Ландшафты жизни

Иллюстрированный журнал Владимира Дергачёва «Ландшафты жизни»

Ландшафты жизни

Previous Entry Поделиться Next Entry
Павел Флоренский. Русский Леонардо да Винчи
Ландшафты жизни
dergachev_va
Владимир Дергачев
image001
Художник Михаил Нестеров в 1917 году написал  двойной портрет религиозных философов – Павла  Флоренского (слева) и Сергея Булгакова на фоне пейзажа окрестностей Сергиева Посада.

В своих воспоминаниях Сергей Булгаков писал: «Это был, по замыслу художника, не только портрет двух друзей... но и духовное видение эпохи. Оба лица выражали одно и то же постижение, но по-разному, одному из них как видение ужаса, другое же как мира, радости, победного преодоления. То было художественное ясновидение двух образов русского апокалипсиса, по сю и по ту сторону земного бытия, первый образ в борьбе и смятении (а в душе моей оно относилось именно к судьбе моего друга), другой же к побежденному свершению, которое нынче созерцаем...». Перешедший к православному богословию от марксизма Булгаков  в 1923 году эмигрировал во Францию. Судьба Флоренского оказалась трагичной.

Павел Александрович Флоренский (1882- 1937) - русский религиозный  философ,  ученый,  священник и богослов. Его называли русским Леонардо да Винчи. В  главном труде «Столп и утверждение истины» (1914)   мыслитель продолжает развитие идущей от Владимира Соловьева концепции  всеединства, когда все вещи в их внутренней взаимосвязи  и взаимодействии образуют единое целое. Флоренский  отрицал культуру как  единый во времени и пространстве процесс. Философ считал основным законом мира  возрастание энтропии или Хаоса, которому противостоит Логос.  Флоренский  развивал мысль о ритмически  сменяющихся  типах культур - средневекового и  возрожденческого.  Средневековая культура, основанная на  целостности, соборности и  волевом начале,  борется с человекобожнической, индивидуалистской   возрожденческой культурой, несущей в своих глубинах  начало Хаоса. Флоренский предупреждал о гибельности бездуховного  пути культуры. Культ человека, не ограниченный высшими духовными ценностями,  неизбежно приводит  в экономике – к культу хищничества, а в политике – к культу личности.

Такая философия для советской власти  была   неприемлемой, как и  само существование в одном лице  мыслителя, священника и  ученого.

В начал двадцатых годов наряду с религиозной философией  Флоренский возвращается к занятиям физикой и математикой. С 1921 года он работает в системе Главного управления энергетического хозяйства Наркомата тяжелой промышлености и принимает участие в разработке Государственного плана электрификации России (ГОЭЛРО). Его научную деятельность поддерживает Лев Троцкий, что в будущем сыграет роковую роль в судьбе философа.  Параллельно Флоренский занимается искусствоведением, является ученым секретарем Комиссии по охране памятников искусств и старины  Троице-Сергиевой Лавры.

В 1928 году Флоренский первый раз  ссылают в Нижний Новгород, но благодаря Екатерине Пешковой (первой жене Максима Горького) возвращается домой. Но в 1933 году после очередной травли в советской прессе, погромных и доносительских статей, его ссылают на десять лет на Дальний Восток в лагерь «Свободный» в распоряжении управления БАМЛАГа, в 1934 году направляют в Сковородино на опытную мерзлотную станцию. Здесь он занимается мерзлотоведением  и проблемами строительства  в условиях вечной мерзлоты. Но осенью  этого года Флоренского под конвоем отправляют в Соловецкий лагерь особого назначения (СЛОН).

По дороге в Кеми Флоренский был ограблен в пересылочном лагере при вооруженном нападении, лишился вещей и денег. В письме жене пишет, что «Кемь город отвратительный — сплошная грязь, серо, тускло, безрадостно, хуже не придумаешь...».  На Соловках живет в огромном бараке и работает на заводе по добыче йода и агар-агара из морских водорослей. И здесь философ  обстоятельно подошел к новому делу и сделал несколько запатентованных научных открытий.

Но советской власти слишком умные гении не нужны. Думающий человек всегда был смертельным врагом советской власти. И в 1937 году особой тройкой он приговорён к высшей мере, расстрелян и погребен в общей могиле где-то под Ленинградом.

Философ Сергей Булгаков в парижском некрологе на смерть своего друга писал: «Можно сказать, что жизнь  ему как бы  предлагала выбор между Соловками и Парижем, но он избрал ... родину, хотя то были и Соловки, он восхотел до конца  разделить  судьбу  со своим народом. Отец Павел органически  не мог и не хотел  стать эмигрантом в смысле вольного или невольного отрыва  от родины,  и сам он и судьба его есть  слава и величие России, хотя  вместе с тем и величайшее её преступление».

После гибели отца Павла его жена и пятеро детей, а в последствие и внуки главным долгом своей  жизни сделали  сохранение  наследия великого мыслителя. Уберегли все его рукописи, которые в последствие были изданы в  неполном, но многотомном (6 томов) собрании сочинений (1994 – 2004), составленных внуками — игуменом Андроником Трубачевым и ученым-геологом Павлом Флоренским.  Капитальный философский труд «Столп и утверждение истины»  не был включен в это издание, так как вышел в другой серии. Учреждены два музея Павла Флоренского – в Сергиевом Посаде и Москве.
image002
Павел Флоренский с будущей женой Анной Михайловной Гиацинтовой

В одном из писем в далеком 1917 году Павел Флоренский писал: «Все то, что происходит кругом, для нас, разумеется, мучительно. Однако я верю и надеюсь, что, исчерпав себя, нигилизм докажет свое ничтожество, всем надоест, вызовет ненависть к себе и тогда, после краха всей этой мерзости, сердца и умы уже не по-прежнему, вяло и с оглядкой, а наголодавшись, обратятся к русской идее, к идее России, Святой Руси».



Путешествие на Русский Север. Зона советского зазеркалья
Жаркое лето 71-го года
Архангельск. Столица Русского Севера или Поморья?
Английский танк как символ победы в Гражданской войне
Советский отечественный морской пассажирский лайнер
Холмогоры. Первый советский концлагерь на родине Ломоносова

Соловецкий архипелаг
Советская Россия — родина СЛОНов
Кемь. Ворота в Ад. Единственный правильный путь к  счастью
Медвежьегорск. Столица строительства Беломорканала и урочище Смерти

Павел Флоренский. Русский Леонардо да Винчи
Глеб Бокий. Чекист, оккультист и пароход
Нафталий Френкель. Архитектор лагерной экономики. От 
контрабандиста до строителя коммунизма

Максим Горький. Писатель, купленный любовью народа

Карелия. От столицы до водопада
Сортавала. «А зори здесь тихие…»
Валаам. Жемчужина русской духовной культуры
Валаам. Позорные страницы истории. Советские «самовары»


?

Log in

No account? Create an account